Вальц Вальтер Эдуардович родился 24 августе 1936 года в немецкой колонии (поселении) Гейльбрун, которая была основана в 1805 году немцами-колонистами, выходцами из Швабии (Германия).
«В нашем поселении было 40 дворов и порядка 240 жителей. На базе нашего поселения был создан колхоз, где занимались выращиванием табака и различных с/х культур, в т.ч. зерновых.
Мама моя работала в полевой бригаде, а папа был образованным человеком, как он сам о себе всегда говорил. Он окончил неполную среднюю школу (7 классов) и бухгалтерские курсы, и всю жизнь работал главным бухгалтером в различных организациях. Папа пользовался большим авторитетом.
Из раннего детства вспоминаю картины труда жителей нашей деревни:
— как в полевой бригаде женщины тяпками-стахановками окучивают грядки с помидорами;
— как в «табачном» сарае нанизывают листья табака на шнуры и потом натягивают их для сушки в тени под навесом;
— как на току, на арендованном локомобиле, молотили снопы пшеницы. Народ суетится, у каждого своя роль, надо успевать за локомобилем.
Помню, как мы, дети, толпились у родника на середине улицы. Из отверстия камня вытекала струя воды в гранитный приемок. Для питья воду набирали в ведра.
Вспоминается как на побывку из действующей армии еще до начала войны, приехал мой дядя Альберт. Весь в зеленом. Взял меня на руки и понес в наш сад.
Моя тетя Аня, на 10,5 лет меня старше, тоже гордилась своим образованием. Она говорила – я училась в 6 классе!
По воспоминаниям моих родственников, в основном женщин, а вспоминали они только о хорошем, они были счастливыми в своей небогатой жизни, считали, что все так и должно быть.
Из довоенного времени у меня только детские отрывочные воспоминания. 24 августа 1941 года мне исполнилось 5 лет, помню, как мы с моей 15-летней тетей заклеивали стекла окон крест на крест полосками бумаги, чтобы их не выбило взрывной волной.
28 августа вышло постановление о депортации, и именно в этот день мы сфотографировались всей семьей. К этому времени мои родители развелись и создали новые семьи. И вот, у моего 25-летнего папы была семья из 5 человек: он, его жена (моя мачеха), ее дочка (моя ровесница) и их совместный ребенок. Эта фотография мне особенно дорога.
Нас выслали на Северный Кавказ. На сборы нам дали сутки. Все было оставлено, все брошено. Папа быстро нашел работу. Как-то обустроились. Но через два месяца, в начале ноября, нас срочно перевезли всех на другую оконечность Северного Кавказа, на берег Каспийского моря. Неделями мы ждали, когда нас перевезут на барже на другую сторону Каспия в г. Гурьев.
По ночам уже были заморозки, а мы находились на пляже под открытым небом. Подали баржу совершенно необорудованную. Катерок попыхтел нашу баржу в Гурьев. Не помню, сколько мы плыли, но долго.
В январе-феврале 1942 г. всех мужчин забрали в трудармию – на лесоповал, в шахты, на рудники.
